Астхик Хачересовне Чувараян

Время быстротечно. Годы летят, не удержать. И, жизнь человеческая, коротка. А если она заканчивается в 25…

Именно столько было отпущено судьбой Астхик Хачересовне Чувараян. Но как много было сделано ею за эти годы.

В школу Астхик пошла с 6 лет. Училась на «отлично». Тогда в Чалтырской школе. была только «семилетка», по — этому среднее образование Астхик получила в Ростове, а потом поступила в медицинский институт.

В год, когда молодой хирург А. X. Чувараян получила диплом об окончании института, в Финляндии началась война, и ее, как военнообязанную, направили во фронтовой госпиталь.

Сотни спасенных жизней, сложнейшие операции, добросовестность и мужество во многом, наверное, предопределили досрочное присвоение Астхик Хачересовне воинского звания майора медицинской службы.

После окончания финской войны полк, в котором служила А. X. Чувараян, был переброшен на границу с Польшей.

В мае 1941 года Астхик приехала в отпуск домой. Но уже через 20 дней ее срочно отзывают обратно в часть. А через несколько дней начинается Великая Отечественная война.

С тех пор от Астхик не было ни одной весточки. Теперь это понять можно: из тех, кто первым принял удар врага, мало кто уцелел. Но все эти годы родные Астхик горевали о ней. И до сих пор ее сестра, которой 95 лет, племянники не могут без слез говорить о навечно оставшейся молодой своей родственнице — талантливом враче, отважном человеке.

Сколько доброго она могла еще сделать людям. Жаль, что порой судьба бывает, так не­справедлива. И тогда остается» только память, которая передается из поколения в поколение.

После публикации в «Заре» письма жителя села Чалтырь А. Чувараяна «Она пропала без вести» (№№ 48-49 от 4 апреля), в редакцию стали поступать отклики от людей, знавших военного врача, майора медицинской службы А. X. Чувараян.

Получили мы письмо и от автора первой публикации, племянника Астхик Хачересовны — Аршалуйса Чуварая- на, в котором он рассказывает о том, что удалось узнать ему о последних минутах жизни этой мужественной девушки.

Один из откликов и письмо А. Чувараяна мы предлагаем сегодня вниманию наших читателей.


***

В начале войны часть, где служила Астхик Чувараян, находилась на западной границе СССР и дислоцировалась в г. Ломжа Белостокской области на берегу реки Нарев в Польше.

22 июня 1941 года в 3 часа 30 минут немецкая авиация начала бомбить город. Пограничники держали оборону. В первые часы мало кто уцелел.

Военный госпиталь с ранеными двигался в сторону Белостока и попал в немецкое окружение. Вместе с моей тетей Астхик служил и военврач из Чалтыря — Аршалуйс Мнацаканович Долобаян, 1915 года рождения. Об этом я узнал от ветерана войны и труда Андраника Маркаровича Хрхряна. Чтобы тетя не попала в плен, Аршалуйс посоветовал ей переодеться в гражданскую одежду и остаться в селе, мимо которого они проходили. Тетя этого не сделала, Немцы вплотную окружили наших. Они не церемонились. Обращались грубо, нахально. Тетя очень метко стреляла. И вот когда фашисткие офицер и солдат стали походить к ней, она достала табельный пистолет и выстрелила в немцев. Третью пулю пустила себе в висок.

Очевидцем этого драматического момента был Аршалуйс Долобаян, которого взяли в плен. Тетя в последнем письме упоминала о военвраче из Чалтыря, но мои родные не знали имени и фамилии этого парня.

Обо всем этом я узнал от родственников тех, кто находился вместе с Аршалуй Долобаяном в немецком лагере и кому он рассказал о последних минутах Астхик Чувараян.

Можно сказать, что я частично выполнил наказ моих бабушки и дедушки, которые до конца своих дней ждали с войны дочь. Я никогда не забуду, сколько слез они пролили.

Да будет земля пухом для моей тети!

а. чувараян.

***

Прочла в газете заметку о военвраче Астхик Хачересовне Чувараян и решила написать вам о ней.

Мы жили на одной улице. Часто видели, как Астхик Хачересовна шла домой с учебы, около нас, играющих детишек, всегда останавливалась, спрашивала, как наши дела, гладила по голове и только потом уходила.

Она училась в мединституте на хирурга. Мы все любили ее. А. X. Чувараян была скромная, со смелым взглядом, гладко зачесанными назад волосами, подтянутая и аккуратная. Когда она уехала на службу в армию, мы все скучали, ждали ее, но так и не дождались.

Лишь много лет спустя, после окончания войны мы узнали, что она геройски погибла.

Астхик Хачересовна отдала самое дорогое за свободу нашей Родины — свою жизнь. Она считала, что лучше погибнуть, чем сдаться врагу. Такие герои не должны забываться. И хотя Астхик Хачересовна не успела получить наград, я считаю, что она достойна самых высоких из них — за мужество и честь, патриотизм и бесстрашие.

Наш долг — помнить о героях, названных и неназванных, ведь наша память — это и есть высшая им награда. А чтобы и потомки знали о своих мужественных земляках, считаю, что нужно назвать именем Астхик Хачересовны Чувараян одну из улиц Чалтыря.

Согомонян Галина Леонтьевна

Судьба щедра. Каждому из нас преподносит она подарки в виде незабываемых встреч. Вот я мне посчастливилось недавно познакомиться с замечательным человеком с женщиной необыкновенной судьбы — .

.. .Каждый год с приближением праздника Победы мы вспоминаем о тех, кто отстоял Мир, кто в суровую годину испытаний взвалил на себя тяжкое бремя войны. Да и бывшие фронтовики именно теперь, накануне, бережно достают из шкафов пиджаки с планками, надевают награды. Что ж, картина, ставшая уже привычной.

Но когда я впервые увидела эту женщину, одетую в строгое платье военного кроя, с наградами, которых, казалось, уже некуда вешать, то по манере держаться, по военной выправке (насколько это применимо к женщине), интуитивно поняла: война для нее-нечто большее, чем История. Вспоминает, как в далеком теперь 1938 году ее, Галину, воспитанницу Ростовского детского дома, направили на бригадирские Курсы в одну из тракторных бригад колхоза «Памяти 26 бакинских комиссаров».

Но во все времена молодым присущи поиск собственного «я», осмысление своего места в жизни. Вот и Согомонова, проучившись полтора месяца на курсах, поняла, что не по своей тропе пошла. И поступила в Ростовское медучилище.

В сорок первом Галина должна была получать диплом. И вдруг- война. Это событие историки заносят в летописи. Надо ли говорить, что значила война в одной человеческой судьбе, тем более, в судьбе хрупкой, молоденькой девушки. Война стала целой эпохой в ее жизни. А впрочем, судите сами.

Когда война докатилась до родного села, Согомонову призвали в 56-ю армию четвертого Украинского фронта. Конечно бывшая учащаяся медучилища стала медсестрой. Госпиталь тогда находился в Чалтырской средней школе № 1.

Дни и ночи шли нескончаемой чередой, как раненые, которых принимала и принимала Согомонова. И не понять было: то ли в глазах рябило от усталости, то ли солнце обагрилось кровью наших бойцов, только казалось тогда Галине, что плачет оно кровью раненых.

А тут еще отступление. Под Кущевкой попала в плен. Пока была в концлагере, узнала: перспектива не из веселых- отправлять их будут в Германию. Но тут, — как говорится, случай помог. Когда под конвоем отправляли пленных в Таганрог, фашисты остановили колонну у речки близ Чалтыря — попить. Чуть отвлеклись враги — а Галина уже в камышах. Дома, как говорится, и стены помогают. Словом, ушла.

… В Синявке — приютила ее Мария Распашкина. Переодела, накормила, как свою дочь. А соседка Тая Любишкина отвела в партизанский отряд, что скрывался в Синявской пещере. Сама же она там была радисткой.

Партизанам хватало дел и в тылу врага. Размонтировали рельсы, освобождали наших из плена. Сколько колючей проволоки было разрезано! Доводилось и часовых «снимать». Один такой случай остался и на счету чалтырской медсестры.

Однажды разведгруппа партизан получила задание — уничтожить на станции Синявской склад оружия фашистов. А как это сделать, если часовые, едва завидев посторонних, стреляли без предупреждения? Погибали сильные, опытные партизаны, а цель не стала ближе. И вот тогда родилась дерзкая идея…

К часовому не таясь пошла принаряженная ради такого случая Галина Согомонова. И когда вражеский солдат попытался обнять девушку, она вонзила ему в сердце финку, которую прятала до этого в рукаве. Конечно, не женское это дело — кровь проливать. Но что поделаешь- война не спрашивала.

Задание было — выполнено. А комсомолка Галина Согомонова награждена была медалью «За отвагу».

Когда пришли наши войска, девушка снова пошла в госпиталь. Только молодость и любовь сильнее войны. Узнала Галина, что жених ее, командир роты Василий Кравцов недалеко, в тридцать третьей стрелковой дивизии, 91-м полку- и отправилась туда. Отчаянной была. Кругом война, горе, а тут-любовь. Так в армии и поженились. Вместе с мужем потом врага громили.

Тяжелые шли в ту пору бои. Случалось Галине Леонтьевне по 10 и больше раненых в сутки выносить на себе с поля боя. Вот тебе и хрупкие женские плечи!

Суровы фронтовые дороги. Развели они и молодых супругов. Муж остался в Севастополе, а жена попала в Сталинград. К первому легкому ранению, полученному ею а Севастополе, прибавилось второе, тяжелое. И спять — в ноги.

Только в сорок четвертом встретились вновь супруги.

Шел бой, поэтому было не до разговоров. Только помнит Галина Леонтьевна эту встречу до мельчайших подробностей. Помнит, каков печальный был ее Вася. И все просил жену: не уходи далеко. Если суждено умереть — погибнем вместе.

Но разве ж усидишь на месте, если один за другим надают бойцы. И она перевязывала, перевязывала, перевязывала… А оглянулась- нет ее Васи,упал. Подбежала — он смертельно раненый лежит. Так на глазах — ее и умер…

Недолго после гибели мужа продолжалась война и для самой Галины Леонтьевны. В сорок четвертом под Каунасом ее контузило. Как потом лежала в госпитале в крымском городе Судаке — не помнит. Пришла в себя лишь в Тбилиси. Так для гвардии старшины медицинской службы Галины Леонтьевны Согомоновой закончилась война.

Надев боевые награды (а их у нее немало), сорок пятый День Победы собирается встречать Галина Леонтьевна Согомонова в Волгограде, среди бывших своих однополчан. Ведь боевое братство не меркнет с годами.

Т. Клейн.

Тамара Христофоровна Мошиян

 

Майская почта во всех газетах, наверное , имеет свою собственность – в ней много писем о фронтовиках, их судьбах. Пишут и сами ветераны, и их потомки, родственники – о боевых буднях, упоминаются пехотинцы и артиллеристы, моряки и летчики, танкисты и связисты, разветчики и саперы…

Но вот о военных врачах почему-то вспоминают мало. А ведь благодаря им были спасены жизни сотен тысяч раненых солдат и офицеров.

Одной из таких военврачей была и капитан медицинской службы Тамара Мошиян. Она была младшей дочерью в многодетной крестьянской семье, одной из первых перебравшихся в двадцатые годы из Чалтыря в хутор Ленинаван. Тамара многого не успела в своей короткой жизни, но сделала самое главное – защитила Родину от захватчиков. Будучи врачом по профессии, она в душе была художником. В семье до сих пор хранятся ее рисунки. Причем, они сделаны вполне профессионально. Ей бы учиться и стала бы она неплохим мастером.

Но, увы, — не судьба. Погибла Тамара в жестоких боях при освобождении польского города Кракова, который гитлеровцы хотели стереть с лица земли.

Наше командование , щадя архитектурные и исторические памятники древней столицы Польши, при освобождении города, воздержалось от примирения тяжелой артиллерии, танков, бомбардировочной авиации. И за каждый освобожденный метр советские солдаты, офицеры платили кровью, а то и жизнью своей. Среди них была и военврач Тамара Мошиян…

Наша армия освободила польский город Краков. На берегу Виелы, в старинном замке на холме Вавеле, разместился советский госпиталь.

…Тамара в отделении была одна: весь медперсонал спустился в подвал отмечать новый, 1945-й год. Она очень любил а этот зимний праздник с пушистой елкой, и необычными подарками подарками и веселым хороводом. Но сейчас ей было не до веселья. Она недавно получила похоронку на Сергея. Три года судьба хранила их, любовь помогала вынести все тяготы войны. Хотя их дивизии и воевали по соседству, но встречи были редкими. Кажется, совсем недавно виделись они в городе Люблине, тогда только три часа провели вместе, потому что часть Сергея готовилась к на­ступлению…

Трудно поверить, что они никогда больше не увидятся, никогда он не будет гладить ее волосы, целовать глаза.

Тамара не знала, как написать матери о гибели Сергея.

Она бережно хранила все письма. И вот сейчас ей, захотелось перечитать еще раз письмо младшей струнки: «Дорогая Тамара. Мы получили в ноябре 1941 года последнее письмо от брата Вартана, а затем — похоронку. Мама страшно переживала, долго болела, не могла смириться со страшной потерей. Я очень боюсь за нее. Она каждый вечер раскладывает вещи, сына: инструменты, фотоаппарат, диплом и разговаривает с ними, плачет. Ты ведь помнишь, как мама гордилась им! Отомсти за брата! Береги себя, возвращайся живой…»

Она не смогла дальше читать :слезы застилали глаза, листок выпал из рук.

Сегодня Тамара, улучив момент после операций, ходила по совету главврача смотреть знаменитую ротонду. Она стояла перед храмом Девы Марии, построенным в X веке. Впервые в жизни она видела такую красоту: королевский дворец с изящными капеллами и надгробиями.

Смотрела и думала…

Думала Тамара о своем недавнем, недолгом и уже невозвратимом счастье. Ей неожиданно вспомнились самые незначительные, но почему-то теперь ставшие особенно дорогими мелочи…

…Свои слезы на первом курсе: «Мама, мне стыдно ходить в институт в ситцевом платье…»

…Как они с Сергеем сдали последний экзамен…

…Как возвращались из театра, с «Руслана и Людмилы», и оба по очереди пели на улице мужские и женские арии

И кто-то сказал вслед им:

Молодые! Хотел бы я быть на их месте!

А Сергей просит, чтобы она спела арию из оперы «Ануш»…

Но больше всего мучили Тамару воспоминания об их поездке в ее маленький хутор «Волна революции». Ей так хотелось, чтобы Сергей понравился родным. В те времена все ее желания исполнялись, и это тоже исполнилось.

Она с гордостью показывала ему красоту придонских степей с высокими холмами и зелеными перелесками где воздух напоен запахами чабреца, полыни, душистых степных трав, где в высоком безоблачном небе слышится веселая трель жаворонков…

Кто-то робко потянул ее за рукав. Тамара встряхнула головой, словно хотела отогнать от себя грустные мысли.

Пани, вы плачете? У вас горе? Я могу помочь? — перед ней стоял поляк-священник.

— Трудно терять близких…

Ксендз нежно посмотрел в выразительные глаза девушки, раскрыл книгу, что держал в руке, взял засушенный букетик цветов, протянул ей и сказал:

Надо уметь помнить. Помнить все — каждое сказанное слово, каждый поступок, каждый взгляд, каждый стон… Они отдали свои жизни вот этой много — страдальной земле, нам, живущим…

Чуть-чуть не дожила до Победы наша землячка Тамара Христофоровна Мошиян, капитан медицинской службы.

Пуля оборвала ее молодую жизнь 29 января 1945 года.

Не успела она многого, но защитить свою Родину успела.

В период Великой Отечественной войны в армии и на флоте находилось более 200 тыс. врачей и свыше 500 тыс. фельдшеров, медицинских сестер, санинструкторов и санитаров, многие из которых погибли в огне боев. Усилиями и заботой советских медиков оказана помощь 10 миллионам защитников Родины. Поистине это был подвиг во имя жизни на земле.

Тамара была младшей дочерью в многодетной крестьянской семье Мошиян из села Чалтырь. После окончания школы поступила в Ростовский медицинский институт. Учиться было трудно – помощи от родителей почти не получала. Вдобавок в голодный год умер отец. Закончив в 1940 году институт, работала на Зеленчугском лесопильном комбинате.

В первый день Великой Отечественной войны Тамара Мошиян ушла на фронт, и все четыре года сражалась за жизни бойцов. Выносила с поля боя, оперировала в палатках, на обычных столах, в слякоть и холод.

В 1945 году в жестоких боях при освобождении польского города Краков военврач Тамара Мошиян погибла. Погибла, когда до дня Победы оставалось 3 месяца.

Наше командование, щадя архитектурные и исторические памятники древней столицы Польши, при освобождении воздержалось от применения тяжелой артиллерии, танков, бомбардировочной авиации. И за каждый освобожденный метр советские солдаты, офицеры платили кровью, а Тамара заплатила жизнью своей. Тамара была очень одаренным человеком. Будучи прекрасным хирургом, она профессионально рисовала и, кто знает, может, со временем стала бы еще и большим художником, но не успела. Она вообще много не успела в своей короткой жизни, но сделала самое главное – защитила Родину от фашистов.

 

Атаманян Сирануш Капреловна

Атаманян Сирануш Капреловна, капитан медицинской службы, начальник медицинского отделения эвакогопиталя.

Атаманян Сирануш Капреловна родилась 18 июня 1913 года в селе Крым в крестьянской семье. Её отец – Атаманян Капрел Асватурович, основатель сельскохозяйственной коммуны «Труд» в Мясниковском районе, мать – Сурпуги, была простой крестьянкой. Сирануш Капреловна среди детей Капрела Асватуровича была самой старшей в семье. В школе девушка отличалась хорошими способностями, училась на «хорошо» и «отлично». По окончании школы она поступила военное медицинское училище.

В РККА с 1939 года. В 1941 году, как только началась Великая отечественная война, Сирануш Капреловна сразу же отправилась на фронт и начала работать военным врачом. С декабря 1941 по декабрь 1942 г.г. — военврач 3-го ранга, командир терапевтического отделения медсанроты 126 стрелковой бригады СЗФ. Уже в октябре 1942 года за героическое оказание помощи раненым бойцам награждена медалью «За боевые заслуги». Ею возвращены к жизни не один десяток советских солдат. С декабря 1942 по август 1943 года ее назначают командиром отделения медсанбата 60-ой танковой бригады. А с августа 1943 года – начальником медицинского отделения эвакогоспиталя 1900. Как отмечено в наградном листе: «За время своей работы тов. Атаманова проявила себя как добросовестный и интересующийся работник и врач. Проявляет большую материнскую заботу по уходу и лечению раненых и больных. За свою заботу и чуткость пользуется заслуженным авторитетом. Тов. Атаманова дисциплинирована, требовательна к себе и подчиненным».

За свои заслуги Сирануш Капреловна была награждена орденами Красной звезды, Отечественной войны и многими медалями.

После войны она вернулась в своё родное село Крым и начала работать в районной больнице врачом-терапевтом. Затем до конца своей жизни она была участковым врачом в хуторе Недвиговка. Все ее пациенты вспоминают о ней добрым словом.

Сирануш Каприеловна – врач и защитник Отечества, навсегда останется в памяти благодарных земляков!

Машкова Александра Николаевна

Машкова Александра Николаевна прослужила с 1942-го по 1945-й наводчиком артиллерийского орудия. Закончила войну в Румынии.

Кузнецова Мария Васильевна

Служившая в частях тылового обеспечения, хранила как самое дорогое воспоминание о трехдневном отпуске с фронта на родную морозовскую землю в далеком 1944-м.

Кузнецова Мария Васильевна родилась в Морозовске. Во время войны на территории хутора Трофимов стояла летная часть, куда в 1942 году 19-летней девчонкой Мария Васильевна отправилась воевать. Победу встретила в Польше, в селе Варанец. Замуж вышла после войны, жила в Самарской области, откуда в 1972 году вернулась в родной Морозовск.

Соловьева Агриппина Емельяновна

Соловьева Агриппина Емельяновна в армию ушла в январе 1943 года регулировщицей, воевала на 3-м Украинском, на 1-м Белорусском фронтах, прошла через Белоруссию, Польшу, Германию. Победу встретила в Дрездене. На стенах Рейхстага написала свою фамилию.

Колбасина Мария Никитична

Колбасина Мария Никитична получила специальность военного связиста в 1941-м и прошла всю войну телеграфистом. Демобилизована была лишь в 1946 году.

Левшина Евгения Илларионовна

на фото верхний ряд крайняя справа

Левшина Евгения Илларионовна стала шофером после окончания водительских курсов. Служила на 3-м Украинском фронте в авиационной части. Доставляла снаряды, бомбы, горючее к самолетам.

Фролова Екатерина Иосифовна

Фролова Екатерина Иосифовна родом из Воронежской области. Со второго курса техникума призвана в армию в октябре 1942 года. Воронежский фронт, затем 2-й Украинский фронт. Окончила службу в городе Брно. В 1945 году вернулась домой, закончила техникум. После войны вышла замуж и жила в городе Морозовск.